Участники московского инструментального пост-метал-квартета рассказали о своем свежем релизе и грядущем EР.
Radio RVR: Что вас вдохновило на этот трек и что кроется за «агонией» в названии?
Алексей: Agony был вдохновлен арт-терапией у психотерапевта, меня попросили описать поток мысли о экзистенциальности в виде рисунка, то есть трек о ощущении окружающей реальности, с которой ты не справляешься, «ты бьешься в агонии в попытках найти себе место в этом темном реальном мире, который я так воспринимаю».
Звучание трека напоминает нам о борьбе, которая то кидает тебя в кульминацию, то затихает, то опять бросает в сопротивление. Это как волны внутреннего конфликта: подъём — спад — новый рывок, без слов, но с ощущением, что реальность давит и не отпускает.
Radio RVR: Promise Untold уже давно анонсировали выход ЕР. На каком этапе работа, что изменилось в звучании, каким будет релиз и когда?
Дмитрий: EP сейчас в стадии «всё готово технически, осталось довести до момента, когда это будет честно выпустить». Материал записан, сведён, обложка выбрана — то есть формально релиз можно было бы уже заливать, но мы сознательно развели по времени зимний сингл и сам мини-альбом, поскольку хотим за время паузы подготовить чем-то визуально поддержать релиз.
По звучанию EP — про ещё одну грань Promise Untold: больше грува, гранжа, дум- и стоунер-оттенков, больше «ползущей» динамики, которую хочется слушать, когда начинает таять лёд и город становится мокрым и серым. Это не резкий удар, как в Agony, а медленное, вязкое давление — музыка для переходного времени года, когда всё размывается и тянется.
Radio RVR: Дмитрий, ты играешь параллельно в Sad Elmo, Promise Untold и еще нескольких проектах. Как тебе хватает на все времени, как ты совмещаешь разноплановость коллективов, не боишься ли творческого выгорания?
Дмитрий: Снаружи это действительно может выглядеть как вечный цейтнот, но для меня всё держится на двух вещах: системе и честности с собой. Я разложил свои проекты по внутренним полкам: у каждого своя роль, своя эмоция и свой тип нагрузки.
Promise Untold, — территория интроспекции. Это то место, куда я ухожу, когда нужно не проговорить, а «прожечь» состояние через звук: через рифф и форму композиции.
Sad Elmo — это для меня социальная, человеческая сторона музыки. Там есть слово, городской нерв, контакт с людьми здесь и сейчас, сцена, где важно не только, что ты играешь, но и артистизм. Это про пост-панк, который дышит городом и повседневностью.
Остальные проекты сейчас пока или в зачаточной стадии, или в «студийном» формате, но я надеюсь, в первом или втором квартале мы уже выпустим материал наружу.
Страх выгорания никуда не делся — и, наверное, это нормально. Я отношусь к нему как к индикатору: если ловлю себя на том, что музыка стала ощущаться как чистая обязаловка, это сигнал не всё бросить, а сменить режим. Переключиться с гитары на организационные задачи, с тяжёлых вещей на более атмосферные, сделать паузу внутри одного проекта и потратить энергию в другом, чтобы появилось что сказать потом. Да и просто иногда отдохнуть от музыки тоже полезно бывает.
В итоге разноплановость для меня — не источник хаоса, а способ не застревать в одном углу и больше раскрыть себя музыкально.